Хочется плакать
Осень наступила, высохли цветы. Дачи опустели. Дождь.
Пришел пьяный плотник, сказал, что возле оврага лежит собака, окопалась,
надо бы пристрелить, бросалась на него, наверное, бешеная.
Потащились к оврагу. Действительно, лежит. Маленькая, черная, насквозь промокшая, на шее перекрученный ошейник.Принялась рычать, грудью защищая свое имущество. Костлявую сломанную детскую коляску.
Бросили в овраг, не добросили.
Достал колбасу. Оказалась проворной, цап – и на пост. Я терпелив, но не ангел, схватил за ошейник, поволок домой. Накормили, высушили. Собственная собака и кошка насупились, показывая, что едва отвернемся, вышибут этого бомжа за дверь. Скулила, выпустили, исчезла.
Пришел пьяный плотник, сказал, что собака с 12-ой дачи, взяли щенком на лето для детей, уже уехали, ненужное выбросили в овраг, все забито, глухой забор. Где живут, он не знает. А собака-дура. Сторожит мусор.
Снова притащил. Царапала дверь. Выпустили, кинулась на пост. Она не хотела жть с нами, где жалость, а не любовь.
Видимо дети с ней возились. И, видимо, ночью, когда стихает лес и становится слышен дальний поезд, что-то снилось ей, чудилось… Дом, крохотные ручки, зарывающиеся в шерсть, горячие солнечные пятна на животе, и окликающие голоса, и бег, сломя голову, и кривые палки, за которыми надо прыгать в пруд. Она открывала глаза и видела над собакой черный остов коляски. Как в этой песне? «Мне было довольно того, что гвоздь остался после плаща» Нет, она не хотела жить с нами.
Больше еду не брала, от рук шарахалась. Уехали. Оставили еду в пакете. Вернулись через пару недель. Сполз в овраг. Собака меня не узнала, принялась вскидываться с хриплым лаем. Кашляла, бока ходили ходуном. Дались ей эти ручки! А дети-то помнят эту свою лохматую неистовую игрушку? Маленькое сердце, бившееся у их ног?
- Дура! – сказал я собаке. – Ты не нуж-на! Никто к тебе сюда не придет. Зима скоро. Замерзнешь. Сдавайся!
Собака тоскливо посмотрела мимо.
- Да брось ты ее, – сказал пьяный плотник, – а то, смотри, если что, пристрелю. Чего ей мучаться?
Дал плотнику денег, чтоб кидал ей хлебца. И мы уехали и закрутились, и вылетела из головы это собака.
Вчера вдруг приснилась. Кашляет в своем овраге, но тихо-тихо, чтобы не пришли и не убили.А вы говорите, не бывает вечной любви.
У нас, да, не бывает.
Владимир Чернов
Когда такие истории слышу, как эта, так горько на душе становится, что хочется плакать…
А почему? Жалко собаку? Жалко, и нас всех жалко. Бездушных, черствых, неприкаянных, равнодушных, ожесточенных, обиженных, разных. Точно так же сердце разрывалось, когда читала книгу Гроссмана «Судьба».
Мне тогда вдруг стало очень ясно, что любая жестокость, любое зло, которое твориться кем-то, не мной даже, засчитывается на наш общий человеческий счет. Я вдруг четко осознала, что все что творят люди, аукнется нам всем, людям. Не кому-то одному, а всем нам.
Мы все в ответе за все, что творится на свете. За всех, кто рядом, за всех, кто неправ и жесток. В ответе за все, что твориться на нашей прекрасной, но такой изуродованной нами всеми, Земле. За каждого обиженного и брошенного на произвол судьбы.
Эта история напомнила мне то мое чувство-прозрение.
Живое существо, безгласное, но все понимающее, с живыми, плачущими глазами, преданное и преданое. Человеком. Еще одна капля в тот наш общий котел человеческих грехов.
Они все нас любят и прощают нам все. И учат нас прощать и любить. Любить и прощать.
Может в этом и есть спасение и надежда? От этой мысли, слезы высохли.
Историю собаки и фото увидела у моего друга
Там же, было это , фото надежды. Открытая человеческая ладонь и доверчивый взгляд.
Полезности:
– оптимизация, продвижение сайта в поисковиках, реклама сайта в различных поисковых системах (Яндекс.Директ, Adsence, Google), баннерная реклама.
Печальная история, слезы наворачиваются.
Вспомнила вот эту песню:
ПРО СОБАКУ
Она передвигалась еле-еле,
И как ещё душа держалась в теле?
Хозяин, чтоб от мук освободить,
Решил свою собаку утопить.
С большим трудом старушка в лодку села
И преданно ему в глаза глядела.
Булыжник в сетке за бортом висел,
А он петлю на шею ей надел.
Хозяин помнил, как она, бывало,
За палкой в воду радостно ныряла,
И вот сейчас, как бы играя с ней,
Он бросил палку, дав команду ей.
На миг она о старости забыла,
И бросилась за борт, что было силы,
Но лодка неожиданно в тот миг
Перевернулась под истошный крик.
Хозяин стал тонуть в шуге весенней,
Хоть было и не сильное теченье,
Но судорогой тело всё свело,
А тут ещё воронка, как назло.
Собака, чья петля в одну минуту
Каким-то соскользнула с шеи чудом,
Отважно тявкнув, ринулась нырять
И своего хозяина спасать.
На берегу вдвоём они лежали
И на ветру от холода дрожали,
А после, отдышавшись кое-как,
Он нёс свою собаку на руках.
С пословицей «Не рой другому яму…»
Ухаживал за ней до смерти самой.
И как-то раз нашёл её в кустах
С застывшей благодарностью в глазах…
Послушать эту песню можно отсюда:
[Ответ]
Оленька, спасибо! Трогает до слез. так, как любят нас животные, мы любить разучились…
[Ответ]